Банки и финансыразделитель ссылочного текста №_9_2017 (251), сентябрь 2017

Талоны на питание – двигатель капитализма?

Владимир ПОПОВ | Социальный пакет

В интервью корреспонденту журнала «Банки & Финансы» Владимиру ПОПОВУ ведущий экономист Института развития и социальных инициатив «Viitorul» Вячеслав ИОНИЦЭ поделился своим мнением о законе, предусматривающем использование работодателями талонов на питание работникам.

Б&Ф: Уже более полугода власти с энтузиазмом, достойным лучшего применения, продвигают идею внедрения талонов на питание. «Локомотивом» проекта является экс-министр экономики, а ныне спикер парламента Андриан Канду, утверждающий, что таким образом можно будет, к примеру, бороться с выдачей зарплат «в конвертах». Как бы вы прокомментировали саму идею талонов на питание работников?

Вячеслав ИОНИЦЭ:
Эта идея не нова. Новость же состоит в том, что в РМ наконец-то кто-то взялся за ее воплощение. Этим ответственным лицом оказался председатель парламента, и в этой связи ИРСИ «Viitorul» организовал дебаты с привлечением местных и международных экспертов, активно участвовавших в дискуссиях. Что интересно, на встречу пришел сам автор проекта. Прозвучало много предложений, которые заинтересовали автора проекта закона, у которого есть как и риски, так и преимущества.

Но начать я хотел бы с того, что наш институт уже, по крайней мере, 10 лет проводит мероприятия под условным названием «Национальная повестка для бизнеса». Все это время со стороны предпринимательского класса настойчиво звучит требование о введении в РМ «социального пакета».

Б&Ф: Что скрывается за понятием «социальный пакет»?

В.И.:
Во многих цивилизованных странах, помимо зарплаты, работнику предлагается социальный пакет, являющийся, по сути, конкурентным преимуществом компании, способом привлечь профессионалов. В Молдове социальный пакет не работает по той простой причине, что он подразумевает налоговые льготы. То есть предприниматель готов что-то дать персоналу, но государство в этом процессе должно ему помогать. Питание является ключевой составляющей пакета. Почему именно талоны, а не, скажем, выдача собственно продуктов?

Практика применения этой системы в разных странах показывает, что талоны являются наиболее эффективным, а главное, гибким инструментом поощрения работника. Получая талоны, специалист может:

а) питаться в компании;

б) питаться в любой понравившейся ему столовой или кафе;

в) покупать на эти талоны продукты и самостоятельно решать, съесть ли их на месте или нести домой.

То есть работнику предоставляется широкое право выбора, и это важно. В этой связи талоны на питание в большинстве государств, где они используются, считаются хорошим делом.

Б&Ф: Если говорить вкратце о законе, какова его суть, чем привлекает бизнес-сообщество и каков интерес в этом власти?

В.И.:
Ни для кого в РМ не секрет, что теневой сектор предпринимательства в Молдове не просто существует,  он достаточно объемен и широк. Бизнес полагает, что действующая в РМ налоговая нагрузка ему не по силам, а у государства на этот счет свое мнение и аргументы. Поэтому предлагается платить социальный сбор в размере 29%, медицинское страхование – 9% и налог на доход – 7% (это минимальный налог, он возрастает до 18% при средней и выше средней зарплате). При минимальном налоге на доход в сумме получается 45%. На практике выходит, что  бизнес платит работнику 100 леев при изъятии государством 45 леев, что большинством участников реального сектора экономики считается невыгодной комбинацией. Работник получает на руки 55 леев, и его не интересует, сколько денег работодателя ушло на налоги, он - обладатель определенной суммы.

В свою очередь, предпринимателю «неприятно» по такой формуле делиться с государством, и поэтому обе стороны – работодатель и работник –  предпочитают «зарплату в конвертах». С учетом этого проекта, власть рассчитывает выманить бизнес из тени. Причем ему предлагается обнуление налогов как стимулирующий механизм. Государство предлагает работодателю: «Слушай, предоставляй работнику талонов на 900 леев, а мы эту сумму освобождаем от налогов». Из названного выше триумвирата – государство, работодатель, работник – это выгодно прежде всего работодателю и работнику.

Б&Ф: Каким может быть показатель вовлеченности в этот социальный проект?

В.И.:
В Молдове порядка 660 тыс. работников. Отнимем 220 тыс. бюджетников, и получим 440 тыс. потенциальных участников проекта. Введением талонов государство предоставляет частному сектору рычаг для привлечения и стимулирования работников. Но само государство не участвует в проекте с талонами на питание. В дискуссиях представители экспертного сообщества и бизнеса недоумевали по этому поводу. Волей-неволей создается ситуация нездоровой конкуренции между бюджетной сферой и частным сектором экономики. Ведь ни для кого не секрет, что сегодня хорошие специалисты не очень охотно идут в государственный сектор на работу.

Б&Ф: Предлагаю вернуться к 440 тыс. работников, которые потенциально могут быть  участниками проекта, получая ежемесячно талоны на питание.

В.И.:
Почему-то принято считать, что только треть из этого числа может стать участником проекта. Значит, мы выходим на 130 тыс. специалистов.  В итоге за год получается сумма в 1,5 млрд. леев, которые, можно сказать, «выводятся из тени» в виде выплачиваемой работникам прибавки к зарплатам.

Б&Ф: Можно сказать, что это и есть «цена вопроса» талонов на питание?

В.И.:
Да. Много это или мало? Получается, что государство согласно не получать с этой суммы 45% налогов - 640 млн. леев.

Б&Ф: И почему же тогда государство идет на этот шаг?

В.И.:
Да потому, что оно и так не получает эти деньги. Ведь они в реальности расходятся по конвертам. Государство считает, что:
а) решает важную социальную задачу;

б) экономический агент выводит свои активы из тени.

Хотя здесь существует и маленькая выгода государства. В чем она? Принято считать, что, получая зарплату в конвертах, население несет ее в магазины и на рынки, стимулируя, так сказать, теневой торговый оборот. Получается, что деньги все равно «работают», но вне кассы государства, то есть государство их не учитывает и не контролирует. В случае же ввода талонов на питание эти 1,5 млрд. леев будут на все 100% работать на бюджет государства.

Плюс к этому будем считать, что порядка 100 млн. леев государство получит еще и в качестве НДС, а также в виде косвенных налогов еще на 50 млн. леев. Ведь что здесь важно. Любая денежная масса, которая контролируется государством, приносит ему доход. Бизнес также доволен, его не тормошат проверками различные органы власти. Вроде и работнику хорошо, ведь он сыт.

Б&Ф: Коль все так «хорошо», в чем же тогда риски этого закона?

В.И.:
В Молдове деловая среда делится на две неравные части. Есть большие западные компании и местные предприятия и фирмы. Первые работают, опираясь на местное налоговое законодательство, как мы говорим, исключительно «по-белому». Вторые же хитрят, скрывают истинный оборот, всячески уходят от налогов. Возникает вопрос: выведет ли эта инициатива власти бизнес и его средства из тени, или пройдет другой процесс – оптимизация налогов крупным бизнесом?

Б&Ф: Что вы имеете в виду?

В.И.:
Если раньше работник получал в конверте эти 900 леев в виде наличных, то теперь он получит их в виде талонов. Крупные компании оптимизируют свои налоги, а работник вроде бы как остается без интереса. Может сложиться такая ситуация, что местный бизнес не пойдет на вовлечение в проект, предположив, что, как и раньше, откупится взяткой, если будет пойман на выдаче зарплат в конвертах. А крупные компании уменьшат выплаты, предложив работникам не деньги, а талоны, в то время как государство потеряет часть своей прежней доли в виде налогов в бюджеты.

Поэтому сказать сейчас, что произойдет с этим проектом, достаточно сложно. Но, разложив все по полочкам, я пришел к следующему прогнозу. Учитывая, что талоны на питание - это модель цивилизованных отношений работодателя и работника, полагаю, что большие западные компании охотно примут участие в проекте. А местный молдавский бизнес будет пока присматриваться, оценивая все преимущества проекта, как говорится, все «за» и «против».   

Еще один важный момент, затрагивающийся в ходе дебатов, – предоставление талонов не должно быть индивидуальным решением владельца или руководителя предприятия. Талоны даются или всем или никому. Это преимущество должно стать субъектом трудового контракта между работодателем и работником.

Есть и еще одна коллизия – стоимость талона. Плохо, когда государство называет фиксированную его стоимость. В нашем случае это сумма в 45 леев. Надо понимать, что цена на питание в разных частях республики – разная. Строго говоря, что в Кишиневе стоит 40 леев, не обходится в эту сумму в Кахуле или в сельской фирме. К тому же компании разные, их профиль работы отличается, так же как и уровень зарплат. Потому справедливее введение минимальной и максимальной цены талона, положим, не менее 25 леев. А сама стоимость талона устанавливается в ходе переговоров работодателя и трудового коллектива. Но не должна превышать величину в 40 леев.

Б&Ф: Денежная масса исчисляется суммой в 16,7 млрд. леев. В национальной экономике работает 1,125 млн. работников, которые трудоустроены и платят отчисления в социальный фонд. Если предположить, что каждый из них будет питаться каждый рабочий день (положим, таковых в 2017 г. 253), то получится, что предлагаемый проект можно оценить в 2,5 млрд. леев. Это будет вывод денег из оборота или создание новой – виртуальной денежной массы (денежного суррогата)?

В.И.:
В принципе, талоны «за глаза» вполне можно счесть суррогатными деньгами, если учитывать характер их работы. Да, это новая виртуальная денежная масса. 1% денежной массы, которой экономика даже не заметит, если их гипотетически вывести.

Б&Ф: Нужны ли талоны для такой слабой экономики, как в Молдове?

В.И.:
Любое право - это не зло. Таков один из принципов рыночной экономики. Если бы государство заставляло бизнес давать работнику талоны, то это уже криминал. И это плохо. Но если такая возможность предоставляется на выбор и последнее слово за предпринимателем, то все приемлемо на добровольных началах. Надо понимать, что рыночная экономика зиждется на конкуренции. Чтобы она развивалась, должны быть сами инструменты конкуренции. Поэтому я, будучи адептом рыночной и свободной экономики, любую возможность для расширения инструментария для конкуренции считаю благом.

Б&Ф: Есть ли аналогичная практика в развитых странах и каковы ее особенности?

В.И.:
В развитых странах социальный пакет – это не только питание. Это может быть и оплата транспортных услуг. И третье – самое важное, что молдавские предприятия просят уже много, много лет, – так называемая «третья ступень социального страхования». По закону в Молдове работник платит страховку на старость (получение пенсии) в размере 29% (6% приходится на работника и 23% на компанию). В ряде стран этот социальный взнос разделен на два платежа. Первый платеж – обязательный, он вносится в фонд социального страхования, который управляется государством. Второй – тоже обязательный, но ты можешь в качестве накопителя своих средств выбрать частную компанию.

В Румынии это, к примеру, выглядит так. 23% платежа, что отчисляет работодатель, идет в социальный фонд, гарантированный государством, а вот величина, которую вносит работник, может быть передана частному накопительному фонду. Это первая и вторая ступени социального страхования. Третья – добровольное отчисление средств. Работники из своих доходов могут заключать еще одну страховку – жизни, и тоже в частных компаниях.

Б&Ф: И почему же этого до сих пор нет в РМ?

В.И.:
Дело в том, что во многих государствах власть говорит: если работник из своих средств оплачивает страхование жизни, то их не облагают налогом. Условно говоря, если из жалованья в 10 тыс. леев 1 тыс. леев работник откладывает на «черный день», то эти деньги не облагаются налогом. К тому же еще и накапливаются. Но в РМ, к сожалению, эти средства облагаются налогом. В зарубежных крупных компаниях, работающих в республике, до 20 тыс. специалистов застраховали себя таким образом. Менеджеры этих компаний говорят, что несправедливо такое право облагать дополнительными налоговыми сборами.

Б&Ф: Как вы полагаете, предприниматели воспримут на ура закон о талонах на питание?

В.И.:
Я думаю, что воспримут положительно. В соседней Румынии даже мелкие и средние магазины подключаются к этой кампании. Скажу больше, для магазинов в квартале города, во дворе дома такая возможность работы с талонами расширяет и оживляет деятельность. Психология действует следующая. Если рядом располагается небольшое производство или фирма, то магазинам гарантировано определенное количество клиентов. А это рост оборота и все остальное для развития и роста.

Б&Ф: Талоны будут представлять собой некий вид ценной бумаги. Ее, как предполагается, будет выпускать некая фирма. Не ляжет ли бременем оплата этих расходов на бизнес, который согласится участвовать в проекте?

В.И.:
Будет оператор, который не просто станет выпускать талоны, но и обеспечивать их распределение, собирать средства.

Представьте себе магазинчик (столовая, кафе) в глубине дворов жилого массива, куда приходят работники и сотрудники 10 компаний.
Все что-то приобретают. Владелец магазина не будет бегать по этим экономическим агентам, чтобы собирать деньги, вместо отоваренных им талонов. С ним взаимодействует координатор проекта.

Появление же такого субъекта сразу наталкивает минимум на два вопроса: не будет ли он монополист и какой будет его комиссия? К сожалению, в РМ, где монополия – там кумовство, несправедливые цены. Возьмите проблему отопления многоквартирных домов в Кишиневе при наличии одного поставщика этой услуги. Вопрос: кто будет регулировать цены? Есть НАРЭ, устанавливающее стоимость на газ и электричество. Необходимо, вероятно, появление некоего независимого бюро по талонам. Пока вопрос остается открытым, через какие нормативные акты стоимость на питание будет регулироваться. Я думаю, что комиссия оператора может составлять от 3% до 5% от объема оказанных услуг.

Б&Ф: Вы не считаете, что талонная система похоронит такую вещь, как рост заработной платы в экономике?

В.И.:
Талонная система несет в себе две возможности. Первая – вывод из теневой экономики зарплат. При этом произойдет формальный, но не реальный рост доходов работников. Этот эффект будет только в краткосрочной перспективе. А второе – работник перестанет получать зарплату в конверте, но его доходы не уменьшатся, потому что ему предоставят талоны и он сможет питаться. Единственное, что может  произойти – работники согласятся принимать талоны, исходя из увеличения стоимости приобретаемых на них продуктов. К примеру, вместо 500 леев в конверте – талонов на 900 леев. Доходы работников вырастут, но ненамного.

Б&Ф: Со стороны складывается впечатление, что власти подходят и действуют в решении вопроса с талонами на питание, как в кампании, в которой много непонятного и скрытого.

В.И.:
Для бюджета в этом проекте больше негативного, чем положительного. Государство однозначно теряет. Но политики посчитали, что талоны надо вводить. На то есть их решение, ну а для работника все это пойдет лишь на пользу. Надо понимать, что это больше политическое решение для нынешней власти, чем эффективный экономический рычаг.  

В ходе обсуждения проекта закона один из экспертов, прочитав законопроект, сказал, что условия для оператора талонов столь жесткие, что складывается впечатление, что власти уже нашли того экономического агента, который будет курировать проект. Общее мнение, прозвучавшее в дискуссиях, – что данным проектом закона продвигаются интересы определенного экономического агента.
В целом идея понятна, бизнес приветствует проект. Как говорил Адам Смит, «эгоизм людей двигает прогресс». Надеюсь, что данный закон будет нам во благо общее.

Б&Ф: Кто, например, будет подключен к системе питания, как будет делаться отбор заведений общественного питания, не будет ли подделок талонов?

В.И.:
Я думаю, что нет. И когда мне задают вопрос о степени защищенности той или иной  ценной бумаги, мне кажется, что здесь не стоит усердствовать. Слишком большим количеством степеней защиты мы лишь увеличиваем стоимость выпуска талонов. В условиях стоимости талона в 30 леев не вижу смысла его подделывать. Потому что за подделку талона, как и за подделку валюты, светит тюрьма, а сроки и условия нахождения в ней одинаковы для всех, а не только для фальшивомонетчиков. Поэтому я не вижу целесообразности в подделках.

Подключение же к системе кафе и столовых, как следует из документа, будет свободным. В Румынии на одном из рынков наткнулся на маленькие магазины. На входе написано: «Обслуживаем по талонам».

Б&Ф: Может ли экономический агент не участвовать в этом проекте, или для бизнеса это будет «добровольно-принудительная» кампания?

В.И.:
Безусловно. Работники и работодатель сами для себя решают, что им ближе – деньги в конверте или талоны на питание.■

 

Комментарии [2]

Прокомментировать
  • 07.08.2017 12:00:10 Лариса
    Здесь не столько экономика, сколько пиар Канду и его ДПМ...
  • 20.08.2017 15:03:42 Тамара
    Почему ваш герой интервю не ОСМЕЛИЛСЯ сказать правду в лицо этой власти, что она идет на дешевые и популистские решения, которые экономике Молдовы ничего не дают на самом деле.

Добавление комментария

© 2008 "БиФ"

 

Новости
При использовании материалов гиперссылка на Profit.md обязательна.
Сейчас на сайте:
26
Всего визитов на сайт:
1514955
Уникальных посетителей:
2297440
логотип студии WebArt Pro
WebArt Pro